В середине XIX века Османское государство находилось в состоянии упадка. Восстания в Египте, в Греции и на Балканах обернулись ощутимыми территориальными потерями для империи и даже поставили под угрозу само ее существование. В ноябре 1839 года султанский фирман Абдул-Меджида I обозначил начало периода реформ (танзимата) и упразднил изжившую себя тимарную систему, которая в условиях ограниченности земель и многочисленности населения не обеспечивала ни боеспособной армии, ни конкурентоспособной экономики.

В преамбуле фирмана было отмечено, что государство уже 150 лет пребывает в состоянии кризиса, и если для обычных подданных этот кризис выражался в военных поражениях, потерях земель и налоговом гнёте, то власть видела его в своей неспособности решить административные и финансовые проблемы. В действительности османские султаны и визири не раз пытались внедрить новые принципы, реорганизовать административную систему и усовершенствовать армию. Однако теперь перемены были навеяны модернистским мировоззрением султанов-реформаторов и их ближайшего окружения, весьма далёкого от простого народа.

Выход из сложившейся ситуации виделся властям в реорганизации армии и органов власти, развитии светского образования и формировании государственной идеологии. Реформы, начатые ещё султаном Селимом III, не находили понимания у большей части духовенства и чиновничества. Поводом для неприятия было вмешательство государства в дела вакуфов, расширение прав немусульманского населения, распространение различных форм европейской культуры. Безусловно, были и прогрессивные перемены, особенно в области здравоохранения и сельского хозяйства. Развивалось книгопечатание, началось строительство железной дороги, появился телеграф. Однако преодолеть экономическую отсталость даже в центральных областях империи не удавалось.

Местные товары не могли конкурировать с более дешевой и зачастую более качественной европейской продукцией. Политические и административные решения, навязанные Великобританией и Францией, были крайне непопулярными и по сути способствовали ослаблению центральной власти. В отсутствии жизнеспособной идеи, которая отражала бы чаяния властей и народа, неэффективными были и образовательные реформы. В таких условиях одним из немногих способов заявить об амбициях Османского государства были масштабные архитектурные проекты. Такую обманчивую маску благополучия и процветания можно было увидеть в разные времена в столицах разных империй. Проявилась она и в Стамбуле эпохи Абдул-Меджида I.

img 1 20140210 2029330681

Аскетичный интерьер дворца Топкапы более не устраивал султана. Он мечтал о резиденции, поражающей воображение и не уступающей по своему великолепию дворцам французских и австрийских монархов. Воплощением его мечты стал мраморный дворец Долмабахче на берегу Босфора. Построенный в стиле необарокко, он вобрал в себя элементы ренессанса, рококо и классики. Несмотря на тяжелейшие экономические проблемы, султан потратил на его строительство в общей сложности пять миллионов золотых фунтов. Торжество европейских стилей над традиционным османским будто отображало конец османского владычества.

img 2 20140210 1397303449

img 3 20140210 1744784713

Значительный вклад в преображение внешнего вида Стамбула внесла и мать Абдул-Меджида Безмиалем Валиде Султан. В источниках подчеркивается, что она была грузинского или еврейского происхождения и имела большое влияние на своего мужа и сына. Безмиалем Султан занималась благотворительностью и открывала учебные заведения. По ее распоряжению было построено несколько фонтанов и других сооружений. Пожалуй, самые значимые среди них — деревянный мост через бухту Золотой Рог и мечеть рядом с дворцом Долмабахче, названная в ее честь.

img 13 20140210 1736410404

Строительные работы в мечети продолжались около двух лет и были завершены вскоре после смерти Безмиалем Султан. Но в источниках сообщается, что первая пятничная молитва была прочитана здесь при ее жизни — 23 марта 1853 года. Как и многие сооружения того периода, она была спроектирована архитекторами из армянской династии Бальян — Карапетом и его сыном Никогосом. В сентябре 1948 года мечеть была закрыта, а в его здании был размещен Морской музей. Ситуация изменилась вскоре после военного переворота 27 мая 1960 года. Здание мечети было отреставрировано и в 1966 году стало использоваться по назначению.

img 11 20140210 1237161302

img 12 20140210 1348569779

Мечеть Безмиалем Султан трудно спутать с другими соборными мечетями Стамбула. Пространственный размах, большие арочные окна и минареты, напоминающие коринфские колонны, недвусмысленно говорят о тяготении к европейскому барокко и ампиру. Кажется, будто каждая форма и декорация здесь подбирались специально для того, чтобы подчеркнуть величие двора султанов. Почти так же, как во дворцовых ансамблях европейских столиц. Вместе с тем пилястры и лепные карнизы весьма удачно сочетаются с традиционными элементами интерьера. А большие окна в главном зале, имеющем квадратную форму, придают ощущение необычайной легкости и простора.

img 8 20140210 1519538157

Искусное воплощение в жизнь новых архитектурных приемов, по всей видимости, так понравилось султану, что он распорядился начать строительство еще одной мечети в стиле необарокко в соседнем районе Ортакёй. Почувствовать атмосферу внутри той мечети мне не удалось не сразу — в течение нескольких лет Большая мечеть Меджидие была закрыта на реставрацию, и её двери были открыты для молящихся лишь в июне 2014 года. Зато мне посчастливилось не раз помолиться в мечети Безмиалем Султан, которая находится на границе районов Кабаташ и Бешикташ. Если вы попадете в эту часть Стамбула, то совершите в ней хотя бы два ракята и будьте снисходительны к султану-реформатору. Ведь он задавался вопросом, ответ на который мусульмане не нашли даже спустя полтора столетия.

  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data
  • Author: No Data