Ранее я писал, что любую войну можно рассматривать как аналог какой-либо войны, имевшей место в прошлом. Почему это так, разберём в другой раз, сейчас же давайте обратим внимание на войну, разразившуюся в конце XIX века, когда Трансвааль и Оранжевое Свободное Государство, бурские республики Южной Африки, бросили вызов могущественной Британской империи, над которой никогда не заходило солнце. Эта война проходила в два этапа: Первая англо-бурская (Трансваальская) война 1880-1881 гг. и Вторая англо-бурская война 1899-1902 гг.

Основа конфликта была заложена в 1833 году, когда английское правительство отменило рабство во всех своих колониях. Потомки голландских поселенцев в Южной Африке, буры, восприняли это как недружественный акт по отношению к ним, так как они широко использовали рабский труд. Результатом стало их переселение вглубь континента и основание двух независимых бурских государств: Южно-Африканской республики (Трансвааля) и Оранжевого Свободного Государства.

Буры были своеобразным и весьма обособленным народом. По сути, это была одна большая протестантская секта, обосновавшаяся в Новом Свете в поисках рая земного. Отношение англичан и других «цивилизованных» народов к бурам было снисходительно-насмешливое. Так, Марк Твен писал в своих дневниках: «Черный дикарь, которого вытеснил бур, был добродушен, общителен и бесконечно приветлив... Он ходил голым, был грязен, жил в хлеву, был ленив, поклонялся фетишу… Его место занял бур, белый дикарь. Он грязен, живет в хлеву, ленив, поклоняется фетишу; кроме того, он мрачен, неприветлив и важен и усердно готовится, чтобы попасть в рай, — вероятно понимая, что в ад его не допустят».

Так бы всё и продолжалось, но в один прекрасный день выяснилось, что земли Южной Африки чрезвычайно богаты полезными ископаемыми. И всё изменилось. Пустынные, никому не нужные земли, заселённые «невежественными сектантами», стали интересны буквально всем, что привело к первой в писаной истории ресурсной войне. Это сейчас мы привыкли к тому, что тут и там за нефть и другие ресурсы постоянно идут войны. В прежние времена все было иначе, и значение имели исключительно территории и контроль над караванными путями.

Итак, сначала в Западном Грикваленде, который с 1854 г. входил в Оранжевую Республику, было обнаружено крупнейшее в мире месторождение алмазов. Началась «алмазная лихорадка», и в 1871 г. Британия аннексировала эти земли, присоединив их к Капской колонии. На этом англичане не остановились и в 1877 году аннексировали Южно-Африканскую республику. Впрочем, это не вызвало особого протеста, так как положение бурских республик осложнялось близостью к землям воинственных племен континентальной Африки.

Но после того, как британцы разгромили зулусов, буры решили восстать. 16 декабря 1880 г. трансваальские буры объявили о своей независимости от Великобритании. Восставшие осадили британские гарнизоны на всей территории Трансвааля и нанесли ряд поражений английским войскам. Крупнейшее из этих сражений произошло 28 января 1881 г. у Лаингс Нека.

Не желая втягиваться в полномасштабную войну, английское правительство Уильяма Гладстона пошло на перемирие, которое было подписано 6 марта 1881 г. Окончательно мир установился после подписания Преторийской конвенции (3 августа 1881 г.), когда Трансвааль, признав сюзеренитет Великобритании, получил полное внутреннее самоуправление. Но уже в 1884 г. была подписана Лондонская конвенция, в которой не было прямого указания на британский сюзеренитет, хотя Трансвааль обязался не заключать без утверждения английским правительством никаких соглашений с иностранными государствами.

Таким образом, империя, потерпев тактическое поражение от бурских отрядов, не стала развивать конфликт и признала самостоятельность Трансвааля и Оранжевой Республики, понимая их зависимость от прибрежных территорий. Ведь бурам, запертым между английскими колониями и африканскими племенами, демонстрировавшими покорность только из-за угрозы английского вторжения, было некуда деваться. Но хрупкий мир снова пошатнулся стараниями рудокопов.

В 1886 году в районе, который буры называли Витвотерсранд (Хребет белой воды), было найдено золото. Старатели со всего света хлынули в Южную Африку, в первую очередь англичане, и процесс принял лавинный характер. К 1898 г. рудники Трансвааля давали невероятные 30 процентов мировой добычи золота. Финансовое доминирование Лондона пошатнулось по причине золотоносного хребта, находившегося под контролем независимых, по сути, буров. Ситуация была из ряда вон выходящая, а тут ещё вмешался человеческий фактор. Амбиции самого богатого человека Африки, «архитектора апартеида» Сесиля Родса нашли, как коса на камень, на несгибаемую решимость и дипломатический талант президента Трансвааля Пауля Крюгера.

Война была неизбежна, и обе стороны готовились к ней полным ходом. Имперские газеты запестрели сообщениями о варварских выходках невежественных дикарей-буров и страданиях несчастных, угнетенных английских работяг, которые своим потом и кровью добывали золото, но не имели никаких прав. Со своей стороны, буры бросили значительную часть бюджета на закупку самого современного оружия и искали союзников среди недоброжелателей Британии.

Бесконечно это продолжаться не могло, и в середине сентября 1899 г. в Южную Африку был отправлен 10-тысячный британский корпус. Одновременно отряд под командованием генерала Саймонса выдвинулся к городку Данди, что находился недалеко от границ как Трансвааля, так и Оранжевой Республики. Реакция последовала незамедлительно, и в бурских республиках была объявлена всеобщая мобилизация.

Однако привычной для англичан войны малыми силами с бесконечно отставшими по качеству вооружений и уровню подготовки туземными отрядами не получилось. На просторах Трансвааля столкнулись две принципиально разные армии. Имперская армия, в которой решающую роль играла боевая выучка и умение стрелять залпом, традиционно шла в бой большими построениями. Против неё действовали мобильные, прекрасно ориентирующиеся на местности и, главное, во многом самостоятельные отряды великолепных стрелков и всадников-буров. К тому же они были неплохо вооружены.

Также различались системы комплектования армий. У британцев разрыв между солдатами и командным составом был непреодолим по определению. Офицерский корпус комплектовался исключительно по династическому принципу, рядовой же состав, зачастую неграмотный, не имел никаких прав и даже намёка на самостоятельность. Британские офицеры были догматичны и неповоротливы. Привычка воевать по-старому вела их от одного провала к другому.

Полной противоположностью британской армии была войсковая организация буров. Это было истинно народное ополчение, к тому же хорошо подготовленное. Каждый ополченец приходил на сборный пункт, имея при себе личное оружие (немецкую магазинную винтовку Маузера) и, как минимум, одного хорошего коня. Бурские командиры были смелы и инициативны, и поэтому начало войны сложилось в их пользу.

Но силы были слишком неравны. Когда в Лондоне оценили серьезность ситуации, вся мощь бескрайней империи была брошена против горстки бурских солдат. Надо отдать должное британцам: они сумели извлечь уроки из «чёрной недели» и других первых поражений. Лучшие полководцы империи взялись за дело, и британская армия, преобразованная буквально по ходу войны, добилась решающего перевеса. Кстати, знаменитое «хаки» появилось именно тогда, когда англичане отказались от ярко-красных мундиров, которые были удобной мишенью для бурских стрелков. И это всего лишь одно из нововведений, которые были применены на этой войне.

Наряду с тактико-техническими новшествами, ещё одной важной особенностью Второй англо-бурской войны стала идеологическая борьба. Весь мир был настроен против англичан, и развернулась настоящая пропагандистская война. В Британии снимались фильмы, якобы документальные, о нападениях буров на раненых англичан, лежавших в госпиталях и их массовых убийствах. В противовес им французы и немцы зачитывались пробурскими приключенческими романами вроде «Капитан Сорви-голова» Луи Буссенара, а вся Россия пела песню «Трансваль, Трансваль, страна моя». В результате на стороне буров сражались добровольцы из очень многих стран.

Но и это не всё. Действия бурских коммандос (малых кавалерийских отрядов), такие как подрывы поездов, нападения на небольшие гарнизоны и склады продовольствия, вынудили англичан прибегнуть к ответным мерам. В результате блокгаузы, истребление крупного и мелкого рогатого скота, окружение целых районов живой цепью из десятков тысяч солдат и сужение этого «невода» для поимки партизан стали нормой для этой войны. Ну а самым страшным решением британских военных было создание концлагерей для бурских женщин и детей. Вот тогда Вторая англо-бурская война стала по-настоящему новой.

С тех самых пор мирное население обязательно становится участником военных действий. На территориях, где ведутся боевые действия, нонкомбатантов, по сути, нет и быть не может. Буры на своём горьком примере показали это всему цивилизованному миру, и люди, наблюдавшие трансваальскую бойню, сделали выводы. Были отлажены на практике и доработаны до совершенства приемы и методы новой войны. Войны мощного централизованного государства с хорошо подготовленной иррегулярной армией повстанцев.

Этот сценарий, написанный по мотивам англо-бурских войн, снова и снова повторяется в разных странах, с разными народами, но с таким же результатом. Так, спустя целых сто лет, на другом конце света случились Первая и Вторая чеченские войны. Те, кому нужна была эта кровь, особо не мудрствовали. Просто взяли и адаптировали реалии Южной Африки конца 19-го века к Северному Кавказу конца века двадцатого. А почему нет?

НИЧТО НЕ НОВО ПОД ЛУНОЙ.

Начало: О войне и воинах. Вхождение в тему

Продолжение: О войне и воинах. Прививка смерти