9 джумадаль-уля 457 года от Хиджры (17 апреля 1065) войско правителя Сарагосы Абу Джа‘фара Ахмада ибн Сулеймана штурмом захватило крепость Барбастро, которую в течение года удерживали арагонцы. Этому успеху предшествовала череда усобиц и трагических событий, приведших к постепенному усилению христианских королевств в Иберии, на помощь которым стали устремляться разорившиеся дворяне и наёмники из других областей Западной Европы.

После смерти в 1002 году хаджиба аль-Мансура Мухаммада ибн Абу ‘Амира, который в течение почти 25 лет фактически правил Халифатом, в Кордове не нашлось политического деятеля, способного поддерживать порядок в огромном государстве. Халиф Хишам ибн Хакам не пользовался авторитетом среди военных, и разногласия между сакалиба и берберскими подразделениями гвардии привели к перевороту, а потом и вовсе к смуте и разграблению Кордовы.

Масштабы кризиса были так велики, что за короткий период с 1009 по 1013 годы власть пять раз переходила из рук в руки. Для того чтобы сохранить целостность своих владений, местные эмиры начали объявлять о своей независимости от Кордовы. Государство распалось на мелкие княжества (тайфы), которые соперничали и нередко враждовали друг с другом.

Сарагоса хотя и была удалена крупнейших городов Аль-Андалуса, но контролировала плодородные земли долины Эбро. В 407/1016 году правитель города аль-Мунзир ибн Яхья из бану туджиб объявил о своей независимости от кордовского халифа и начал расширять свои владения, присоединив к ним Туделу, Уэску и Тортосу. Но наибольшую угрозу для Сарагосы представляли соседние христианские государства: на востоке тайфа граничила с графством Барселона, на северо-западе — с королевством Наварра, а на юго-западе — с графством Кастилия.

Будучи искушённым политиком, аль-Мунзир поддерживал добрые отношения с христианскими правителями и даже устроил пир в своём замке в честь бракосочетания графа Барселоны Беренгера Рамона (по прозвищу Горбатый) и Санчи Кастильской, дочери графа Кастилии Санчо Гарсии. Граф Рамон Горбатый всячески препятствовал набегам каталонских феодалов на владения мавров, но его миролюбивая политика не пользовалась популярностью среди дворян, разделявших «крестоносный энтузиазм».

Сын аль-Мунзира — Яхья аль-Музаффар биллях — продолжил политику отца по укреплению власти в Сарагосе и женился на сестре эмира Толедо Исма‘иля ибн ‘Абд ар-Рахмана. Однако его отношения с христианскими правителями обострились, особенно с королём Наварры Санчо III, сумевшим присоединить к своим землям Арагон и Кастилию. После смерти Яхьи власть в Сарагосе перешла к его сыну Муизз ад-дауле аль-Мунзиру, который в 430/1039 году был убит в результате заговора, организованного его племянником ‘Абдаллахом ибн аль-Хакамом. Но ‘Абдаллах не сумел удержать власть и бежал из города из-за начавшихся волнений. Ситуацией воспользовался правитель Лериды Сулейман ибн Худ, который имел сторонников в Сарагосе, и в сентябре того же года он был провозглашен правителем тайфы и принял титул аль-Муста‘ин биллях.

Сулейман был потомком южных арабов, участвовавших в завоевании Иберии, и правил Леридой при аль-Мунзире ибн Яхье. После его смерти в 412/1021 году Сулейман восстал против его преемника Яхьи, но спустя несколько лет был вынужден прибыть в Сарагосу и просить прощения. А спустя некоторое время мятежный генерал снова захватил власть в Лериде и Монсоне, убив туджибидского амиля Абу аль-Мутаррифа. Возможно, поводом для этого стали разногласия вокруг избрания последнего кордовского халифа Хишама III, которого Сулейман продолжал формально поддерживать даже после его бегства из Кордовы в 1031 году вплоть до его смерти (1036).

В первые годы правления Сулейман ибн Худ сумел сильно укрепить свой авторитет в Аль-Андалусе. В 1041 году он выступил посредником в урегулировании конфликта между правителем Валенсии и Альмерии ‘Абд аль-‘Азизом, внуком хаджиба Аль-Мансура, и правителем тайфы Дения Муджахидом ибн ‘Абдаллахом. В итоге ‘Абд аль-‘Азиз женился на дочери правителя Дении, а Сулейман выдал свою дочь за старшего сына Муджахида — ‘Али. Брачная дипломатия использовалась Худидами и в последующие годы, что способствало росту их влияния в Иберийском Леванте.

Вместе с тем подчинение Сарагосы Сулейману привело к трениям между ним и эмиром Толедо Исма‘илем ибн ‘Абд ар-Рахманом, который также претендовал на эту тайфу. После смерти Исма‘иля в 1043 году некоторые эмиры Гвадалахары не поддержали его сына Яхью аль-Мамуна и обратились за помощью к Сулейману. В следующем году он занял Гвадалахару, что привело к длительной войне между двумя тайфами.

Не сумев отбить Гвадалахару у Ахмада, сына эмира Сулеймана, аль-Мамун обратился к королю Леона и графу Кастилии Фердинанду I и согласился выплачивать ему дань в обмен на помощь против Худидов. Кастильцы вторглись во владения Сулеймана, даже не встретив сопротивления мусульман, укрывшихся в крепостях. В течение двух месяцев они разоряли деревни и собирали урожай с полей и садов, а затем вернулись домой с богатой добычей. Также поступил и аль-Мамун, устроивший набеги на пограничные земли соседней тайфы.

Разгневанный Сулейман не нашел лучшего способа отплатить своему обидчику, чем заплатить большие деньги христианскому королю, чтобы тот опустошил северные пределы Толедо. Фердинанд был рад возможности обогатиться и усилить свою армию, в которой он нуждался для войны против своих братьев — Гарсии (короля Наварры) и Рамона (короля Арагона). Разоряя земли мусульман, он дошёл до Алькалы на реке Энарес, а затем вернулся в Кастилию. Тогда он вряд ли мог думать, что всего через несколько лет эмиры Севильи, Бадахоса, Толедо и Сарагосы будут трепетать перед ним.

Эмир аль-Мамун в свою очередь послал дары королю Наварры Гарсии Нахерскому с просьбой организовать поход на Сарагосу, и тот в 437/1045 году захватил крепость Калаорра, которую в своё время завоевал для мусульман хаджиб аль-Мансур. Для того чтобы остановить бессмысленную войну, жители Толедо отправили к Сулейману делегацию, но все их попытки оказались тщетными. А через некоторое время Сулейман ибн Худ при поддержке кастильцев захватил крепость Мединасели и несколько утраченных им ранее городов. В том походе его сопровождал и брат аль-Мамуна — ‘Абд ар-Рахман ибн Исма‘иль.

Когда аль-Мамун узнал о падении Мединасели, он поспешил на помощь городу, и в это самое время на Толедо напали войска короля Фердинанда. Жители тайфы были разорены, и аль-Мамун обратился за помощью к эмиру Севильи Аббаду аль-Мутадиду, но тот был занят войной против Афтасидов из Бадахоса. Эмир Толедо был близок к поражению, когда в 438/1046 году Сулейман внезапно умер. Его владения оказались поделены между пятью его сыновьями, которые правили разными городами и не пожелали признавать власть Абу Джа‘фара Ахмада, который находился рядом с отцом в Сарагосе.

Ценой немалых усилий Ахмад сумел отбить города Уэску, Туделу и Калатаюд у трёх своих братьев, которых он ослепил и заточил в тюрьму. Жестокость правителя Сарагосы отвратила от него сердца мусульман, которые стали поддерживать его брата Юсуфа, который правил Леридой и принял титул аль-Музаффар биллях. Но Ахмад оказался прозорливее и коварнее. Когда в Туделе начался голод, жители города обратились за помощью к Юсуфу, и тот откликнулся на их просьбу. Жители Лериды снарядили большой караван с продовольствием, который, однако, мог попасть в Туделу либо через Сарагосу, либо через земли арагонцев. Юсуф заплатил королю Рамиро за проход каравана по его территории, но об этом стало известно Ахмаду. Тот предложил Рамиро ещё большие деньги за то, чтобы арагонцы разграбили караван из Лериды. В результате много мусульман погибло, а многие были захвачены в плен, и это событие сильно подорвало доверие людей к Юсуфу. Он сохранил за собой Лериду, но все остальные города перешли на сторону Абу Джа‘фара Ахмада.

Дела нового правителя Сарагосы обстояли не лучшим образом: его армия по большей части состояла из христианских наёмников, и для её содержания приходилось ужесточать поборы с крестьян. Также приходилось откупаться от соседних христианских правителей, угрожавших разорительными набегами. Тем не менее Ахмаду удалось выстоять и даже присоединить к своим владениям тайфу Тортоса (1060). А в 1063 году во владения Ахмада вторгся арагонский король Рамиро I. Когда его войска пытались захватить крепость Граус недалеко от Барбастро, на помощь осаждёным подоспел Ахмад вместе с отрядами кастильцев. В бою Рамиро погиб, а его преемник Санчо I Рамирес обратился за помощью к римскому папе Александру II, активному стороннику клюнийской реформы и вдохновителю крестоносного движения.

По призыву понтифика была собрана большая (согласно некоторым источникам, сорокатысячная, что представляется преувеличением) армия, в которую, наряду с арагонцами, вошли отряды из Каталонии, Аквитании и Италии. Итальянцами командовал Гильом де Монтревиль, нормандский рыцарь на службе у папы. Наиболее многочисленная группировка из Аквитании была ведома герцогом Гильомом VIII. В 456/1064 году христиане вторглись в мусульманские владения и осадили крепость Барбастро, расположенную между Сарагосой и Леридой.

Сорок дней защитники крепости стойко держали оборону, напрасно надеясь на помощь от соседних городов. Ахмад не пришел им на выручку, потому что жители Барбастро поддерживали его брата Юсуфа. Когда продовольственные запасы в крепости истощились и между горожанами начались разногласия, крестоносцы предприняли очередной штурм и сломили сопротивление мусульман. В ожесточенных схватках на улицах Барбастро погибло около пятисот христиан, но в итоге горожане были вынуждены укрыться в цитадели.

В это время канал, по которому в крепость поступала питьевая вода, оказался перекрыт большой скалой, и осажденные потеряли надежду на спасение. Они попросили пощады для взрослых и детей, и христиане гарантировали им безопасность в обмен на их имущество, но затем нарушили обещание и казнили больше шести тысяч человек. Остальным было приказано разойтись и оставаться в своих домах, после чего захватчики поделили между собой город и приступили к его разграблению. В тот день рыцари насиловали женщин на глазах их отцов и мужей, а их слуги и оруженосцы бесчинствовали по всему городу. Тысячи девушек и детей были уведены в плен.

Весть о трагедии в Барбастро быстро разлетелась по всей Андалусии. В мечетях и на рынках люди расспрашивали о судьбе выживших в Барбастро и упрекали Абу Джа‘фара в бездействии. Спустя почти год после тех трагических событий правитель Севильи и Кордовы аль-Му‘тамид Ибн ‘Аббад отправил на помощь сарагосцам отряд из пятисот всадников, и 9 джумадаль-уля 457/17 апреля 1065 года объединённое войско под командованием Ахмада Абу Джа‘фара штурмом захватило Барбастро. Как пишет Ибн ‘Изари, христиане потеряли убитыми тысячу всадников и пять тысяч пеших, тогда как среди мусульман получили ранения лишь около 50 человек. В плен было захвачено много женщин и детей, которых привели в Сарагосу.

После освобождения Барбастро Абу Джа‘фар Ахмад принял почётный титул аль-Муктадир биллях и заслужил славу защитника веры. Он начал строительство в Сарагосе пышного дворца, который увековечил его имя. Но успех разорительного похода на Барбастро продемонстрировал обмирщённому монашеству и всему христианскому миру потенциал крестоносного движения. Реконкиста меняла своё лицо, приобретая черты, навязываемые Папским Престолом и Клюнийским аббатством. Католическая Европа стояла на пороге эпохи крестовых походов.