В «Сунане» Абу Давуда (5121) приводится рассказ Джубайра ибн Мут‘ыма о том, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал:

لَيْسَ مِنَّا مَنْ دَعَا إِلَى عَصَبِيَّةٍ وَلَيْسَ مِنَّا مَنْ قَاتَلَ عَلَى عَصَبِيَّةٍ وَلَيْسَ مِنَّا مَنْ مَاتَ عَلَى عَصَبِيَّةٍ

«Не из нас тот, кто призывает к асабие, не из нас тот, кто сражается ради асабии, и не из нас тот, кто умирает ради асабии».

Обращение в ислам ещё не означает того, что человек изменился и уверовал всем сердцем. Путь веры — это путь борьбы со слабостями нашей души, и неверными представлениями, которые мы считаем правильными, и низкими качествами, которые мы приобрели, и дурными привычками, к которым мы пристрастились.

Для верующего эта борьба продолжается до самой его смерти. Потому что многие качества и поступки, иногда не лучшие, становятся неотъемлемой частью нас самих, и от них трудно избавиться, даже когда мы осознаем, что именно этого Всевышний ждёт от нас. И чем глубже прячется недостаток, чем сильнее он связан с нашей самостью, тем болезненнее даже только осознание того, что от тебя требуется выскоблить его из сердца.

Да, верующий постоянно борется с самим собой, с большим или меньшим успехом исправляет свои поступки и намерения. Но если присмотреться, лишь немногие добираются до тех качеств, тех состояний души, которые определяют, кто мы есть на самом деле. Эти качества проявляются не всегда, даже не часто, гораздо чаще человек выглядит таким, каким он старается выглядеть. Но в минуты испытания эти самые особенные частички его «Я» возмущаются с такой силой, что скрыть их не удаётся.

Так мы возмущаемся, например, когда кто-либо оскорбляет нас или общность, к которой мы себя относим, с которой мы себя связываем. И вот здесь кроется очень важный и тонкий нюанс. Господь хочет, чтобы верующий связывал себя только с Ним, и возмущался только ради Него, и прощал только ради Него. В стремлении к этому заключается самая суть веры, и поэтому Пророк, мир ему и благословение Аллаха, сказал: «Кто любит ради Аллаха и не любит ради Аллаха, кто даёт ради Аллаха и отказывает ради Аллаха, у того вера совершенна» (Абу Давуд 4681).

Это очень важно, делать что-то не потому, что тебе так хочется, а потому что так пожелал твой Господь. Не твои желания, не твои предпочтения имеют значение, а воля твоего Господа. В этом весь верующий. Он осознаёт себя рабом Аллаха и ищет только довольство своего Господина. Он не принадлежит сам себе, а принадлежит Аллаху.

Но как принять это, если в душе гордыня, если ты считаешь себя хозяином своей судьбы? А если к тому же ты богат и распоряжаешься судьбами многих людей? Распоряжаешься своевластно и не несёшь за это ответственности. До поры до времени. Но эта пора кажется такой далёкой, почти нереальной. А твоя власть, вот она, такая ощутимая, признаваемая всеми вокруг. Как отказаться от неё и признать себя рабом Аллаха?!

Не случайно богачи и знать первыми выступали против пророков, как сказал об этом Всевышний: «В какое бы селение Мы ни направляли того, кто предостерегал их, жившие там в роскоши говорили: "Поистине, мы не веруем в то, с чем вы посланы"» (сура 34 «Сава», аят 34).

Они не веровали не потому, что считали для себя унизительным поклоняться Богу. Они ведь охотно преклонялись перед своими идолами, взывали к ним, приносили им жертвы. Они были готовы унижаться перед тьмой молчаливых богов, лишь бы не поклоняться одному Богу, Который изъявляет им Свою волю и перед Которым все равны. Вот в чём скрывалась главная причина их неверия.

Неверующие во все времена понимали, что, признав Аллаха единственным богом, они лишатся права судить так, как им угодно, и вообще лишатся своих привилегий. И тогда они не смогут распоряжаться богатством и людьми так, как они хотят, и им придётся делиться с теми, кого они притесняют, и считаться с теми, кого они презирают. Но страхи мекканской знати, услышавшей проповеди Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха, были ещё более серьёзными.

Призыв ислама взламывал самую основу общественного и ценностного уклада арабов. Всё то, чем они гордились и что обеспечивало их положение, теряло всякий смысл. Этим всем для жителей пустыни была племенная сплочённость, или асабия. Арабы гордились своим происхождением, вели свою родословную от давних предков и крепко держались за свой род. Под защитой своего рода человек был в безопасности, а без его поддержки он был ничем. Его жизнь, имущество и честь не стоили ничего. Он был «вне закона».

Для язычников поддержка рода или племени была способом выживания. Род нужно было защищать даже в неправедной войне, и выходить против «своих» нельзя было ни при каких обстоятельствах. В исламе же всё было по-другому. Коран отверг «заносчивость времён невежества» (сура 48 «Победа», аят 26) и призвал сплотиться вокруг истины, даже если она «навредит» твоему народу или тебе самому.

«О вы, которые уверовали! Будьте беспристрастны, свидетельствуя ради Аллаха даже против самих себя, или против родителей, или против близких родственников» (сура 4 «Женщины», аят 135).

Но отказаться от племенной сплочённости для арабов было тяжелее, чем отречься от родовых идолов. Бесполезность каменных истуканов была налицо, но племенная сплочённость… Она ведь не просто обеспечивала личную и общественную безопасность. Принадлежность к роду или племени была частью того самого «Я», которым в реальности были эти гордые и свободолюбивые люди. Поэтому отказаться от асабии для них означало не просто измениться, а переродиться полностью.

Удавалось это только истинно уверовавшим, для которых ислам стал новой семьёй, а истина — первейшим жизненным ориентиром. Такими были первые из мухаджиров и ансаров, прошедшие через тяжелейшие испытания вместе с Пророком, мир ему и благословение Аллаха. Но были и другие, которые не сразу избавились от старых представлений.

Сообщается, что во время похода на бану аль-мусталик один из мухаджиров ударил кого-то из ансаров пониже спины. Этот ансар рассердился, и дело дошло до того, что они стали призывать на помощь других. Ансар закричал: «О ансары!» А мухаджир закричал: «О мухаджиры!» Тогда Пророк, мир ему и благословение Аллаха, подошёл к ним и сказал: «Что это за призывы времён невежества! Прекратите, ибо, поистине, это отвратительно». А когда люди объяснили ему, из-за чего поссорились двое мужчин, он сказал: «Ничего страшного! Человек должен помогать своему брату и когда он поступает несправедливо, и когда несправедливо поступают с ним. Если тот поступает несправедливо, пусть он удержит его, и это будет помощью ему, а если с ним поступают несправедливо, пусть он поможет ему» (аль-Бухари и Муслим 4687).

Вместо сплочённости времён невежества Пророк, мир ему и благословение Аллаха, предложил сплочённость вокруг истины и ради истины. Удерживать сильного от несправедливости, защищать слабого, помогать неимущему — эти ценности были положены в основу мусульманской общины. А цементировали узы веры любовью к Аллаху, как об этом сказано в Коране: «Если бы ты пожертвовал всё, что есть на земле, то не смог бы сплотить их сердца, но Аллах сплотил их» (сура 8 «Военная добыча», аят 63).

Благодаря этой сплочённости мусульмане сумели расширить земли Халифата и завоевать симпатии покорённых народов. Общество ислама зиждилось на справедливости и верховенстве Божьего закона. Арабы, персы, эфиопы, мужчины и женщины, сильные и слабые — все были равны перед Богом и перед законом. Правый не боялся неправого, даже если тот был богат, и сильный был слаб перед законом, если притеснял другого. А главное, в мусульманском обществе было место не только для мусульман, но и для последователей других религий. Всё это делало ислам привлекательным для народов, уставших от гнёта и произвола правителей.

Однако законы общественного развития писаны для мусульман не в меньшей степени, чем для остальных народов. Поэтому период распространения ислама сменился периодом борьбы за власть внутри Халифата, и в тех ситуациях, когда не хватало веры и набожности, асабия оказывалась простейшим и самым понятным решением. В результате в Халифате установилась монархическая форма правления, а внутри арабо-мусульманской элиты началось противостояние северных и южных племён. Последствия этих процессов для Халифата оказались непоправимыми.

Асабия продолжает истончать узы ислама и в наши дни. Крайние националистические идеологии раскалывают тело уммы и возбуждают вражду между турками, персами, арабами. До абсурда доходит неприязнь между фанатичными приверженцами мазхабов. А призывы к единению вокруг общих ценностей ислама теряются в многоголосье тех, кто пытается доказать свою правоту.

Желающих мнить себя самыми правыми всегда будет много. Люди хотят верить в то, что заслужить вечную жизнь можно не упорным трудом, а одной лишь принадлежностью к какому-либо течению. Им нравится ощущать себя частью великой нации, какого-нибудь древнего этноса. Только вот каждый, кто играть на чувствах верующих, чтобы разделить мусульманскую умму, поступает во вред себе.

В «Сунане» ат-Тирмизи (2893) приводятся слова Пророка, мир ему и благословение Аллаха: «Кто обращается с призывом времён невежества, тот будет собран в аду на коленях». Его спросили: «О Посланник Аллаха, даже если он молится и постится?» Он ответил: «Даже если он молится и постится».

Общество ислама никогда не было плавильным котлом, в котором исчезали любые социальные, этнические или культурные различия. Всевышний сказал: «О люди! Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга» (сура 49 «Покои», аят 13). Поэтому ни один из народов, принявших ислам, не утратил своей культурной самобытности, а напротив, сохранил многие из своих традиций, которые не противоречили единобожию, а иной раз и те, которые противоречили ему.

Но любовь к своему народу не должна быть выше любви к Истине, и осознание себя частью какого-либо народа не должно мешать верующему стать частью «лучшей уммы, появившейся на благо всех людей», уммы тех, кто призывает к добру, предостерегает от зла и верует в Аллаха, у которого нет сотоварищей. А если кто действительно любит свой народ и желает ему добра, он должен помогать ему стать ближе к Истине, ибо только в этом спасение и успех.

В Коране говорится: «О вы, которые уверовали! Примите ислам целиком и не следуйте по стопам шайтана» (сура 2 «Корова», аят 208). То есть, обращаясь в ислам, не пытайтесь подстраивать его под ваши личные предпочтение и тем более не придавайте ему национальный или этнический окрас.

Не бывает ислам арабским, татарским или казахским. Не бывает ислам кораническим, суннитским или шиитским. Есть множество разных путей, на которые зазывают шайтаны, и один-единственный путь, ведущий к довольству Аллаха. Путь, которым прошёл Посланник, мир ему и благословение Аллаха, и праведные имамы после него. Путь открытый и понятный для всех. Путь поклонения одному Аллаху и деяния добра.