Мусульмане испытывают особый пиетет к своему прошлому. Первые поколения верующих считаются лучшими, их превосходство в благочестии и знаниях не подвергается сомнению. Не удивительно, что ответы на любые вопросы традиционно принято искать в опыте прошлого, подкрепляя свои выводы словами религиозных авторитетов. За разъяснением того, какое место в жизни мусульман занимает традиция, мы обратились к руководителю информационно-аналитического центра «Новое прочтение», автору теории Проектов и ведущему популярного видеоблога Тимуру Шангарееву.

— Тимур-эфенди, в какой области опыт прошлых поколений может быть полезен современным мусульманам?

— Говоря о мусульманской цивилизации прошлого, мы обычно сосредотачиваемся на отдельных достижениях, каких-то открытиях, изобретениях. С моей точки зрения, гораздо важнее то, что за всем этим стоял эффективный метод познания. Без такого метода не состоялся бы ни Арабский халифат, ни позднее Османская империя. Другое дело, как ученые и политики пользовались этим методом, какие ошибки совершали. Вот в таком ракурсе, на мой взгляд, и нужно рассматривать опыт прошлых поколений. Мусульмане сегодня не пользуются исламским методом познания. Они апеллируют к опыту первых мусульман, но в своей деятельности пользуются западной методологией. Вот в чём проблема.

— В чём же особенность исламского метода? Что он должен изменить в нашем отношении к жизни?

— Прежде всего нужно научиться смотреть на вещи со стороны. Если мы хотим сложить пазл, состоящий из большого количества фрагментов, не зная при этом, что должно получиться в результате, то решить такую задачу нереально. Только увидев картину целиком, мы можем правильно сложить все фрагменты и отсеять лишние, которые нам пытаются подсунуть. Поэтому первое, что мы должны почерпнуть из Корана и Сунны, — это общая картина мира. Дальше начинается исламский метод. В моем понимании это два фундаментальных инструмента: сперва метафизика, а потом философия. Вначале спускаешься от большого к малому, а потом возвращаешься от малого к большому на другом уровне понимания. Нам же навязывают либо одно, либо другое. Это вполне отвечает интересам Западного проекта, в котором философия предназначается для людей действия, а метафизика — для людей знания.

— Наверное, понять это будет проще на примерах.

— Люди действия это исполнители. Они не заморочены ни моралью, ни справедливостью, но прекрасно разбираются в тонкостях той области, в которой они заняты. Идеальный пропагандист такого подхода — знаменитый сыщик Шерлок Холмс. Я не случайно так часто говорю о нём. Помните его знаменитую фразу: «Используя музыку, я создал порядок из хаоса». Вот он, человек действия, и философия ему в руки. А люди знания руководствуются метафизикой. Они будто «олимпийские боги», которые смотрят сверху, как там внизу копошатся смертные. И очень хорошо такие люди показаны в образе старшего брата Шерлока — Майкрофте Холмсе, который парит в высоких сферах имперской политики и лишь изредка прибегает к услугам брата-исполнителя. Так заведено там. Исламский же метод, в отличие от западного, целостный. Он объединяет в себе оба подхода, что позволяет увидеть цель мироздания и понять законы, которым подчинено движение к этой цели. Это и законы Шариата, регулирующие отношения между человеком и Всевышним, а также между людьми, и законы природы, по которым существует Вселенная, и законы общественного развития, которым подчинены сообщества людей. Если мы пренебрегаем этими законами, тем хуже для нас. Они действуют независимо от нашего желания, и успеха в этом мире добивается тот, кто поступает в соответствии с этими незыблемыми правилами. Иначе не бывает. Нарушить законы Аллаха может только сам Аллах. Это то, что мы называем чудом. Если по «законам природы» с человеком должно что-то случиться, а этого не происходит, значит, это было следствием божественного вмешательства.

— Что же произошло с началом эпохи географических открытий? Исламский метод перестал работать?

— Мореплавание — это самый сложный вид прикладного применения знаний. В корабельном деле используются передовые достижения широчайшего спектра точных наук. Поэтому развитие мореплавания — это своего рода показатель зрелости цивилизации. Ведь тот, кто владеет морем, контролирует мировую торговлю, а по сути все мировые богатства. Однако это не всегда было так. До конца 15-го века единственным окном Европы в мир были сухопутные торговые пути, проходившие через Ближний Восток и Северное Причерноморье. С открытием Америки и морского пути в Индию ситуация изменилась. Но мусульмане никак не отреагировали на это. Почему? Потому что к тому времени они уже перестали применять свой метод. Я ведь говорил, что нужно различать наличие метода и его применение. Мусульмане продолжали жить, как жили. Они не захотели заново постигать изменившийся мир и меняться сами. А что касается собственно исламского метода, то он применим и в наших условиях. Он работает, независимо от того, люди плавают на багалах или на авианосцах. Ведь ничего нового по большому счету учёные не изобретают. Они лишь открывают те законы, по которым мир существует многие десятки тысяч лет. Вот говорят, что люди изобрели радар. А они его не изобретали. Летучие мыши испокон веков ориентируются в воздухе с помощью эхолокации. Учёные лишь открыли это явление и сконструировали соответствующие приборы.

— Существует мнение, что исламский метод не оправдал себя потому, что он по сути своей традиционалистский. При таком видении мира идеал, на который нужно равняться, всегда остаётся в прошлом, а значит, поступательное развитие невозможно по определению.

— Такое противопоставление традиционализма и модернизма характерно для западного метода. Они искусственно делят целое на части, а потом рассматривают каждую часть в отдельности. Так отделили философию от метафизики. Только в этом случае они навязали абсолютную истинность и того, и другого, а в случае с модернизмом и традиционализмом сказали, что одно хорошо, а другое — плохо. Исламский же метод совмещает оба подхода. То есть нужно, опираясь на традиционные ценности, использовать новейшие средства и технологии. В моём понимании, традиционализм — это берега, за которые не следует выходить. Есть русло реки, и оно достаточно широкое, ты можешь плыть по середине реки, ближе к правому берегу или левому, но нельзя выходить за размеченные границы. Это в твоих же интересах. Если размыть эти берега, то всё вокруг превратится в болото. В таком болоте уже увязли либеральные общества. Для того чтобы избежать этого, нужно беречь берега, и этим занимается традиционализм. А модернизм — это когда ты плывешь вперёд, гребешь вёслами, изобретаешь новые катера, двигатели, не стоишь на одном месте.

— То есть традиционализм, на Ваш взгляд, не тормозит развитие научной или общественной мысли?

— В рамках исламского метода ничуть не тормозит. Он устанавливает границы, а вот внутри этих границ — полная свобода действий. Ведь как нам преподносят традиционализм? Как прикладной метод. Но в этом качестве он не работает в реальном мире, в котором мы живём. Он не даёт ответов на злободневные вопросы. Той модели общественного устройства, которая существует исходя исключительно из традиционных ответов и решений, уже нет. Она сохранилась только на бумаге, только в нашем воображении. И традиционалистский инструментарий на самом деле — теоретический. Он необходим для понимания принципов, которыми мы должны руководствоваться. А вот как их применять на практике в тех или иных условиях — тут не обойтись без модернистского инструментария, без технических, естественных и гуманитарных наук, обслуживающих современное общество. В первоисточниках ислама чётко прописаны вероустав, правила поклонения, нравственные нормы. Но то, что касается экономических, правовых, международных отношений по большей части изложено в виде принципов. Есть отдельные частные положения, но они не охватывают весь спектр проблем. И решения выводятся из этих принципов с учётом существующих реалий и потребностей общества.

— Как Вы считаете, с чего должны начать мусульмане для того, чтобы реанимировать свой интеллектуальный метод?

— Для начала нужно перестать шарахаться от всего, что многие определяют для себя как «неисламское». Надо брать лучшее отовсюду. Всё, что работает, потому и работает, что не противоречит законам Всевышнего. Отступления от них в действительно работающих технологиях возможны лишь в сфере применения результатов и, главное, в намерениях. Поэтому если, например, на Западе добились успеха в образовании или государственном строительстве, если какая-то определенная модель работает, значит, она заслуживает и нашего внимания. Ничто не мешает нам рассмотреть этот опыт под светом традиционализма, чтобы установить, в чём он совпадает с фундаментальными принципами, заложенными в Коране и Сунне, а где выходит за рамки, обозначенные традицией. Но нельзя отворачиваться от этого опыта целиком, ища ответы только в собственном прошлом. При таком подходе религия будет помогать нам жить и продвигаться вперед согласно Божественным установлениям, не мешая, а всемерно способствуя нашему развитию. В этом её уникальное предназначение.

Беседовал Эльмир Кулиев